ВОСПИТАНИЕ РЕБЁНКА

Садизм во имя привязанности: рассказываем о холдинге — воспитательном методе, запрещенном во многих странах

© Фото Depositphotos

Но в России его продолжают практиковать

В родительстве существует множество различных методов и подходов. Некоторые из них уходят в прошлое как нелогичные, антинаучные, негуманные и даже вредоносные, а на замену им приходят другие, отвечающие запросам нового родительского сообщества.

Хотим рассказать вам об одном воспитательном методе, который появился относительно недавно (всего сорок лет назад) и довольно быстро снискал себе дурную славу. Речь идет о холдинге или холдинг-терапии (от английского hold — «держать», «удерживать», «обнимать»).

Что такое холдинг-терапия?

Создательницей этого метода принято считать американского психиатра Марту Уэлч, которая разработала его в 1983 году. Впрочем, теория Уэлч является лишь частью псевдонаучного направления «терапии привязанности» и научных работ психолога Роберта Заслоу, который пытался лечить нарушения привязанности у детей в 70-е годы посредством удерживания детей, связывания их, жестких ограничений и физического насилия.

Считалось, что такая «терапия» способна восстановить привязанность между родителем и ребенком, но на деле она наносила детям серьезные травмы, а в отдельных случаях — заканчивалась гибелью ребенка.

Оригинально холдинг-терапия появилась как метод помощи родителям детей с расстройствами аутистического спектра, но довольно быстро сама Уэлч изменила свои показания и стала продвигать холдинг-терапию как метод, который можно применять на любых детях.

В чем суть терапии? Она довольно проста: когда ребенок (любого возраста) находится в перевозбужденном состоянии, устраивает истерики, злится или рыдает, задача родителя — взять ребенка, усадить его к себе на колени, прижать его к себе и удерживать его до тех пор, пока ребенок не успокоится.

Но если вы думаете, что речь здесь идет об обычных родительских объятиях, которые помогают некоторым детям успокоиться в состояниях пикового эмоционального напряжения, то вы ошибаетесь. Метод, предложенный Уэлч, заключался в том, чтобы родитель (или специалист — например, психотерапевт) удерживал ребенка независимо от того, хочет он этого или нет.

Еще один из возможных вариантов холдинга — когда родитель ложится на ребенка и удерживает его руки, при этом глядя ему в глаза. В такой позиции родителю предлагалось убеждать ребенка в том, как сильно он его любит, как он ценен для него, и как мнение и решения родителей важнее желаний ребенка. Выглядит это примерно так (осторожно, на это очень неприятно смотреть):

На видеоролике — применение холдинг-терапии для коррекции поведения детей. Мать ложится сверху на своих детей разного возраста и, удерживая их, высказывает им свои претензии, кричит «Я хорошая мать!» и обещает, что они проведут так весь день, если ребенок не успокоится и не признается ей в любви. Сама Уэлч при этом находится неподалеку — буквально в той же кровати — и направляет действия женщины.

Так что сказать, что на видео — неправильная, извращенная и садистская интерпретация неплохого воспитательного метода, нельзя. Не обязательно быть психологом и иметь научную степень, чтобы понять, что то, что происходит на видео, скорее похоже на пытку, чем на способ укрепить привязанность между родителем и ребенком (именно это, кстати, и обещала родителям Уэлч).

Как на самом деле работает теория привязанности и в чем ее суть

Как это должно работать?

По мнению Уэлч, холдинг — это своеобразный способ дать ребенку то, чего он на самом деле хочет — близость со своей матерью и ее любовь. Психиатр считала, что детская ярость и сопротивление — это всего лишь барьер, который родителю необходимо проломить, чтобы показать ребенку силу своей любви и привязанности.

В случае с детьми с РАС это работало примерно так же: считалось, что холдинг помогает матери «пробить» эмоциональный барьер, за которым прячется ее ребенок, и стать ближе, помогая ему почувствовать себя в безопасности. Уэлч объясняла это тем, что дети с РАС часто бывают эмоционально недоступными, избегают зрительного и физического контакта, и именно холдинг помогает им преодолеть эти ограничения.

Важно отметить, что работать вся эта схема должна была через колоссальные эмоциональные и психологические нагрузки — сперва ребенок кричал, плакал, дрался и сопротивлялся, доводя себя до критического состояния, а потом в нем что-то «ломалось» (тот самый барьер, ага), и он обмякал и сдавался на волю настойчивой матери.

Вот как она сама обосновывала свой метод в телеинтервью: «На протяжении всего своего развития ребенок нуждается в том, чтобы его обнимали. В случае с младенцем снижение уровня стресса — это ответственность матери. Если ребенок плачет, вы его обнимаете до тех пор, пока он не успокоится. И так ребенок узнает, что комфорт возникает при физическом контакте. И мы забываем, что этот же принцип применим на протяжении всего процесса развития [ребенка]».

По словам Уэлч, если где и стоит применять метод холдинга, так это в случае истерик у ребенка. «Что происходит во время истерики? Ваш ребенок неуправляем, ему плохо, он злится, ему грустно. И вы просто берете ребенка в руки и держите его, независимо от того, что он говорит и как сильно он пытается вырваться. Вы держите его и говорите, что будете его держать, пока он злится, что в ваших руках он в безопасности, что вы любите его, невзирая на его чувства. И если вы просто позволите ребенку перебеситься в безопасности ваших объятий, он успокоится и обмякнет рядом с вами и прижмется к вам — точь-в-точь как он делал это в младенчестве, например, во время кормления».

Чем больше Уэлч описывает метод холдинг-терапии, тем больше кажется, что основная цель этого метода — не помочь ребенку, не успокоить его и уж точно не дать ему почувствовать себя в безопасности.

Холдинг-терапия выглядит как очень жестокий способ помочь родителю (а точнее — матери, психиатр не раз уточняла, что ее метод больше ориентирован на матерей, которые априори больше физически контактируют с ребенком) почувствовать себя «хорошим» родителем, который близок со своим ребенком (буквально) — даже если для этого придется несколько раз прокричать это в лицо своему испуганному и плачущему ребенку.

В том же интервью психиатр привела пример того, как работает холдинг-терапия в реальности и рассказала о двухлетней девочке, которая не хотела смотреть на маму, пришедшую с работы — «она была очень зла из-за того, что мама ее оставила». А вот, что последовало за этой вполне естественной и нормальной реакцией двухлетнего ребенка, разлученного с матерью: «Они провели почти 45 минут в борьбе, а затем ребенок обнял мать. И мать была так счастлива! Девочка посмотрела в ее глаза и сказала: „Мамочка счастлива“, а потом: „Мамочка красивая“».

При чем тут теория привязанности?

Как ни странно, Уэлч была убеждена, что холдинг-терапия относится к теории привязанности и помогает эту самую привязанность укрепить. В том же интервью, обсуждая методы усмирения тоддлерских истерик, она отметила, что изоляция ребенка с целью его успокоения — вредоносный и опасный метод, поскольку в этот момент ребенок теряет связь с родителем.

Красной нитью через теорию Уэлч проходит идея о том, что дети — любого возраста — сами жаждут интенсивного физического контакта с матерью, даже если внешне кажется, что это совсем не так. Именно поэтому родителям стоит игнорировать все крики и сопротивление, потому что в глубине души они должны верить, что делают все правильно.

Отвяжитесь уже: колонка о том, почему теория привязанности не должна брать родителей в заложники

И что, этим действительно кто-то пользовался?

К сожалению, да. Холдинг-терапия изначально продвигалась как едва ли не лечение аутизма, а затем (усилиями самой Уэлч) постепенно превратилась в универсальный инструмент. Холдинг-терапию предлагалось использовать на любых детях любого возраста, также она применялась в приемных семьях (чтобы приемный ребенок быстрее привык к новой семье, видимо) и с целью «лечения» гомосексуальности у подростков.

Поколение детей, чьи родители поверили Уэлч и начали применять холдинг-терапию для укрепления связей с ребенком, уже выросло и активно делится своим кошмарным опытом в интернете.

Благодарен ли хоть кто-то своим родителям за такой способ проявления любви? Конечно же, нет.

В 70-е в городе Эвергрин, штат Колорадо, появилась целая сеть терапевтических центров, сотрудники которых практиковали терапию привязанности при помощи методов, описанных Робертом Заслоу, а позже — Мартой Уэлч.

Пациентами центров становились дети с расстройством привязанности — как правило, дети из приемных семей, а терапия заключалась в том, что детей ограничивали физически (удерживали, связывали, запирали), доводя их до высочайшего эмоционального напряжения, а затем, после сильнейшего нервного срыва их успокаивали, жалели, качали и поглаживали. Считалось, что такой способ «перезагрузки» помогает детям быстрее и эффективнее вернуться в «младенческое» состояние и привязаться к новым родителям.

Эти центры пользовались большой популярностью в 80-е и 90-е годы прошлого века, чаще всего в них обращались приемные родители детей из восточно-европейских приютов.

В период с 1990 по 2007 год было зарегистрировано восемь случаев гибели детей в результате применения на них «терапии привязанности». Далеко не все из них подвергались именно холдинг-терапии, некоторых просто связывали, запирали и ограничивали в еде и питье.

Одним из самых громких случаев стала гибель десятилетней Кэндас Ньюмейкер, которая погибла во время процедуры «перерождения» в 2000 году. Приемные родители Кэндас обратились в терапевтический центра в Эвергрине, где за семь тысяч долларов они прошли двухнедельный курс по восстановлению привязанности.

Кульминацией курса должна была стать церемония перерождения, в результате которой девочка бы символически родилась вновь у своих новых родителей.

В ходе церемонии Кэндас завернули в одеяло, которое должно было символизировать матку, после чего на нее навалилось четыре взрослых человека. Девочка должна была выбраться из-под них на свет, «пройдя по родовым путям», но в итоге, спустя 70 минут борьбы и издевок со стороны «терапевтов», она задохнулась и умерла.

Это все еще законно?

Смерть Кэндас Ньюмейкер стала национальной трагедией, и в результате нее в штатах Колорадо и Северная Каролина признали незаконными любые попытки воспроизвести «опыт родов».

В 2003 году заведующий кафедрой психиатрии в Университете Колумбии (именно там работала Марта Уэлч) опроверг любые связи теории Уэлч и кафедры, а также отметил, что ее работа над теорией происходила в нерабочее время.

Американское научное сообщество признало холдинг-терапию и прочие смежные с ней методики псевдонаучными, недоказательными и потенциально вредоносными и полностью от нее отказалось, тогда как в других странах холдинг-терапия и терапия привязанности все еще могут применяться.

А как обстоят дела в России?

Несмотря на то, что в России холдинг-терапия редко обсуждается как эффективная методика успокоения истерик, в кругах родителей и специалистов, работающих с детьми с РАС, она довольно популярна.

Так, например, на сайте StopAutism.ru можно найти целую статью, начинающуюся со слов «Холдинг — это замечательная, очень простая и очень действенная терапия, почему-то совсем не распространенная вообще и у нас в стране в особенности».

Более того, холдинг как валидный метод терапии при РАС упоминается и во вполне официальных источниках и в рекомендациях специалистов. Согласно описанию холдинг терапии на сайте Аутизм. Энциклопедия, в клинических рекомендациях, одобренных Министерством здравоохранения РФ в июле 2020 года для пациентов с РАС, применение холдинг-терапии «не рекомендуется для детей с РАС вне зависимости от целей вмешательства».

Правда, как уточняет автор статьи, клинический психолог Раиса Романова, «холдинг-терапия достаточно популярна в России и во многих источниках продолжает преподноситься как эффективный метод терапии РАС».

«Человек, который не разговаривает, он как-то по-своему видит этот мир»: как взрослеют дети с аутизмом в России

Вот, что говорит о холдинге куратор детской программы благотворительного фонда «Антон тут рядом» (фонда системной поддержки людей с аутизмом) Диана Рехвиашвили: «Фонд „Антон тут рядом“ не рекомендует родителям детей с РАС пользоваться методиками с недоказанной эффективностью, а холдинг-терапия является именно такой практикой.

За больше чем шесть лет работы с детьми с особенностями я ни разу не встречала лично людей, которые ходили бы на холдинг. Поискала специально в Петербурге занятия, явных и известных не нашла, но то тут, то там читала, что, к сожалению, в России ей пользуются, ссылки есть на статьи психологов про этот метод.

Мы видим такую терапию опасной для физического и психологического здоровья детей и родителей. Во многих странах холдинг-терапия признана насилием над ребенком, также этот метод не рекомендован отечественными клиническими рекомендациями.

Кажется важным обратить внимание на то, что холдинг-терапия поддерживает существование мифа о том, что виновной в аутизме ребенка косвенно или напрямую своими действиями является мать, которая нарушила формирование нормальной привязанности и доверия к миру у младенца».

Источник

Добавить комментарий

Кнопка «Наверх»